27 марта, Понедельник Afisha.uz Pixland.uz Spot.uz База знаний

Алишер Файзуллаев.

Фото: «Газета.uz»

Интервью. Алишер Файзуллаев: «Будущее страны зависит от интеллектуального потенциала молодежи»

Ученый и дипломат Алишер Файзуллаев поделился своим международным опытом в сфере образования и науки.

Профессор Алишер Файзуллаев в интервью «Газете.uz» рассказал об опыте ведущих зарубежных университетов в области образования и научных исследований.

Алишер Амануллаевич Файзуллаев — доктор политических и кандидат психологических наук, профессор, директор Лаборатории переговоров и профессор кафедры практической дипломатии Университета мировой экономики и дипломатии. Автор более 100 публикаций, в том числе 7 книг, а также многочисленных статей, эссе и рассказов, опубликованных в Узбекистане, США, России, Великобритании, Австрии, Южной Корее и Голландии. Регулярно публикуется в известных международных академических журналах.

Работал в качестве Государственного советника Президента Республики Узбекистан по межгосударственным отношениям и внешнеэкономическим связям, первого заместителя и заместителя министра иностранных дел Узбекистана. Был послом Республики Узбекистан в Бельгии, Голландии, Люксембурге, Великобритании, а также руководителем дипломатических миссий в НАТО и Европейском союзе. Имеет ранг Чрезвычайного и Полномочного Посла. Был Фулбрайтовским исследователем в Джорджтаунском и Тафтском университетах (США), а также приглашенным профессором в университете МакГилла (Канада), Кембриджском (Великобритания) и Западно-Вашингтонском (США) университетах. Читал лекции, проводил тренинги и семинары в Гарвардском, Оксфордском, Вашингтонском, Калифорнийском, Московском университетах, университетах Джонса Хопкинса, Томаса Джефферсона, штата Огайо и других известных вузах США, Великобритании, Японии и России.

Является членом международного совета и редакционной коллегии ряда международных академических журналов, издаваемых в Великобритании, Голландии и России. Ведет личный блог на сайте www.faizullaev.com.

Видеоверсия интервью

Смотреть видео на Mover.uz (в TAS-IX).

Текстовая версия интервью

— Конкуренция между университетами за рубежом не отличается от рыночной конкуренции. Будь то спортивные соревнования между студентами или Нобелевские премии — идет ожесточенная борьба между вузами. Ради чего такая борьба, чем полезна конкуренция в системе высшего образования?

— Я бы хотел начать с того, что в целом сейчас во всех сферах нашей жизни конкуренция растет. Экономическая конкуренция или конкуренция в области промышленности, торговли, сельского хозяйства, технологий и, конечно же, в области образования и науки. По-видимому, это связано с рядом факторов и прежде всего с современной глобализацией, а также развитием информационных технологий. Сейчас университеты вынуждены бороться между собой, конкурировать за ресурсы, притом на глобальном уровне. Университеты борются за лучших студентов, за лучших преподавателей, за гранты, за возможность проведения конференций, за издание журналов и так далее. Я могу привести один пример. Ведущие университеты мира сейчас объявляют вакансию на профессорские должности, как правило, по интернету. В среднем на одно место около 1000 человек подает со всего мира. Представляете, какая конкуренция, чтобы победить, чтобы получить место преподавателя в престижном вузе! В конкуренции между вузами больше плюсов, чем минусов. Это заставляет университеты найти лучшие способы подачи себя, сделать бренд, лучше проводить исследования, привлекать способных студентов, талантливых преподавателей, быть притягательными во всех отношениях. Словом, конкуренция подстегивает. Конкуренция — тот фактор, который заставляет университеты, научные учреждения быть лучшими, более дееспособными и эффективными. В целом, это весьма позитивное явление.

— Отдельная тема — рейтинги вузов. Для чего они создаются, как это сказывается на качестве образования? Объективны ли они? По каким критериям оценивают?

— Рейтинги — это тоже проявление конкуренции, конкурентной борьбы между университетами на глобальном уровне. Надо сказать, что объективных, общепризнанных и официальных рейтингов нет. Университетские рейтинги составляются обычно разными изданиями, журналами и газетами. Например, известный журнал US News & World Report дает свой рейтинг американских университетов, газета Financial Times публикует рейтинги бизнес-школ и т. п. Все эти рейтинги в определенной степени субъективны. Субъективны в том плане, что их составители опираются на разные, произвольно выбранные факторы. Нет общепризнанных факторов или критериев определения успеха или достижений вузов. Поэтому одни университеты в одном рейтинге могут занять достаточно высокое место, а в другом — не очень высокое. Наверное, многие замечали, когда университеты попадают в топовое место, они радуются, говорят, что это замечательно, но когда вузы не занимают такие места, они недовольны и начинают критиковать эти рейтинги.

Некоторые факторы могут приобрести особое значения для определенных рейтингов. Скажем, для бизнес-школ важное значение имеют заработки выпускников. Поэтому в рейтингах бизнес-школ обычно учитывается, сколько человек зарабатывает после получения степени MBA (магистр делового администрирования). Если выпускники определенной бизнес-школы зарабатывают хорошо, то рейтинг этой школы, соответственно, повышается. В определении места университетов в целом важное значение имеет, в частности, публикации преподавателей, их цитируемость. Особо ценятся публикации в престижных научных журналах. Поэтому университеты, которые хотят занять достойное место в рейтингах вузов, всячески стараются поддерживать серьезные публикации своих преподавателей. Сейчас не только американские и европейские, но и многие азиатские университеты борются за хорошие места в мировых рейтингах. Недавно я прочел статью про то, как китайские университеты стараются добиваться этого. Оказывается, некоторые из них дают своим преподавателям до 3000 американских долларов за публикацию одной статьи в рецензируемых международных академических журналах. Конечно, играют роль и многие другие факторы. Например, количественное соотношение между преподавателями и студентами. Чем меньше студентов приходится на одного преподавателя, тем лучше: это позволяет осуществлять более индивидуальное обучение. Имеют значение состояние библиотеки и многие другие факторы. Рейтинги вузов — это популярное, хотя и неоднозначное явление. Тем не менее, рейтинги стали фактором, который влияет на выбор вузов студентами, на отношение общественности к этим университетам.

— Мы не можем отрицать их значение, по крайней мере.

— Более того, наши вузы тоже должны стараться занять достойные места в мировых рейтингах, иначе трудно привлекать хороших студентов и преподавателей, быть признанными центрами образования и науки.

— Вы часто пишете о зарубежных университетах, которые посещаете в качестве приглашенного профессора. Зачастую самые крупные университеты, возглавляющие престижные рейтинги, — частные. Какие преимущества у частных вузов перед государственными?

— Я бы так резко не сказал. Среди ведущих, самых признанных университетов есть как частные, так и государственные, или, как их в Америке называют, публичные университеты (public universities). Скажем, Калифорнийский университет, особенно в Беркли, — один из самых лучших мировых вузов, и это публичный университет, а не частный. Оксфордский или Кембриджский университеты тоже не частные университеты. Но если мы возьмем в целом различные признанные мировые рейтинги, то в них, конечно, доминируют американские университеты, и многие из них действительно частные, например, Гарвард или Стэнфорд. Между частными и государственными университетами есть сходства, но есть и определенные различия. Прежде всего в сфере оплаты за обучение. Государственные университеты получают субсидии от государства. Учеба в них студенту обходится дешевле. Частные университеты, поскольку они не получают субсидии или получают их очень мало, вынуждены брать со студентов больше денег за обучение.

— Может, это и стимул повышать качество образования, чтобы привлечь больше студентов?

— Я бы не сказал, что если у вас высокая плата за образование, то вы этим будете привлекать студентов. Другое дело — многие частные университеты, поскольку у них есть большие финансовые ресурсы, могут взять на работу лучших ученых и отбирать наиболее одаренных студентов. При этом университеты, у которых большие финансовые ресурсы, могут оказывать нуждающимся студентам существенную помощь. Так, если вы поступаете в Гарвард или некоторые другие известные и богатые университеты, вы должны пройти весьма сложный процесс отбора, и только после этого встает вопрос о деньгах. Если ваша семья может платить, вы платите, а если вы прошли отбор на бакалавриат Гарварда, но ежегодный доход вашей семьи меньше 65 тысяч долларов в год, то университет полностью покрывает оплату за ваше обучение. В Стэнфорде эта сумма — 125 тысяч долларов. Но пройти отбор очень сложно. Есть многие другие факторы, которые влияют на характер обучения в частных и не частных вузах. Например, в государственных (публичных) вузах обычно большие классы, и на одного преподавателя приходится довольно много студентов. В лекционных залах часто сидят сотни студентов. А в частных вузах, как правило, в классах меньше студентов. Например, в Гарварде на одного преподавателя приходится семь студентов, и это достаточно хороший показатель. Частные вузы, поскольку у них большие финансовые ресурсы, могут позволить себе приглашать со всего мира известных ученых. Тот же Гарвардский университет славится своими т. н. звездными профессорами, и на такие имена идут студенты, и эти имена приносят исследовательские гранты.

В Америке жители штата имеют возможность получать определенные скидки на обучение в университетах этого штата. А жители других штатов или иностранцы такой льготой не пользуются. Но в частных университетах такой дифференциации нет: они могут предоставлять стипендии и другую финансовую помощь студентам из всех штатов, а также иностранцам, ибо они хотят привлечь самых лучших студентов. Глобализация весьма сильно влияет на деятельность, прежде всего, частных университетов. Словом, благодаря финансовым ресурсам и самостоятельности у частных университетов появляются некоторые преимущества, хотя, опять же, не всегда. Есть много хороших общественных университетов, которые вполне конкурируют с частными университетами. У них есть большие исследовательские гранты от государства. Сейчас мы можем видеть настоящую конкуренцию между всеми вузами, в том числе между частными и государственными.

— Алишер Амануллаевич, все более актуальным становится междисциплинарный подход. В чем его преимущества?

— Современная наука стала настолько специализированной, что многие ученые стали хорошо разбираться лишь в своей узкой сфере. С одной стороны, это приводит к углублению знаний, но с другой, в определенной степени стала исчезать общая картина мира. Поэтому в последнее время в науке появилась естественная потребность иметь более общую картину. Междисциплинарный подход способствует этому. Сейчас многие вузы и исследовательские центры поощряют междисциплинарный подход в научных исследованиях. Междисциплинарность проявляется и в образовании. Многие люди, получая степень в одной сфере на уровне бакалавра, потом учатся на другую специальность на уровне магистра, а потом доктором становятся в третьей области. Сейчас такая взаимодополняемость приветствуется.

— Сегодня часто говорят о критическом мышлении. Что такое критическое мышление и как его можно развивать в школах и вузах? Или это только с практикой приходит?

— Этому уделяют действительно большое внимание. Ведущие зарубежные университеты всячески стараются поощрять критическое мышление у своих студентов. Есть и специальные школьные и университетские курсы обучению критическому мышлению. Критическое мышление — это не просто способность критиковать. Это — иметь свое, обоснованное и аргументированное мнение по тому или иному вопросу. Критическое мышление опирается на анализе, на аргументах, на понимании того или иного явления. Критическое мышление играет большую роль в познании. Если раньше преподавателю было как-то неудобно признавать свое незнание тех или иных вещей, то сейчас на какой-то трудный вопрос студента он может запросто ответить, что не знает. Но заодно предложить студентам попробовать вместе найти ответ. И в этом процессе критическое мышление играет важную роль: теперь многие университеты рассматривают и преподавателей, и студентов важными участниками процесса познания. То есть задача преподавателя — не просто дать определенное знание студентам, но прежде всего помочь им в выработке знания. Такой подход называется конструктивистским.

— Давайте поговорим об исследовательских университетах. Как они функционируют и откуда берется финансирование?

— Да, есть такое понятие — «исследовательские университеты». Это университеты, которые придают исключительно большое значение научной деятельности. То есть задача таких вузов — не просто преподавание, как это бывает в некоторых университетах, но и серьезные научные исследования. Как правило, исследовательские университеты могут присуждать докторские и магистерские степени, а не только степень бакалавра. В Великобритании такие вузы — а их 24 — объединены в «Группу Рассела». Часто в исследовательских университетах обучаются больше магистрантов и докторантов, чем бакалавров. Это можно видеть в том же Гарварде или Стэнфорде. Трудно вузу быть исследовательским университетом, когда в нем мало магистрантов и докторантов. Благодаря научным работам, исследовательские университеты имеют хорошую репутацию, и к ним тянутся способные и амбициозные студенты.

Я вспомнил один случай, когда профессор из одного обычного университета посетовал на то, что его коллеги из именитых исследовательских университетов имеют возможность преподавать отличным, мотивированным студентам уже с первого курса, в то время как преподавателям из простых университетов надо иметь дело с более «трудными» студентами. Получившие образование в исследовательских университетах с большей вероятностью могут продолжить работу в вузах и научных учреждениях.

— Практически все мировые лидеры — выпускники топовых университетов. В США — это Лига Плюща, в Британии — Оксбридж. На ваш взгляд, в этих университетах отбирают только самых талантливых, или же сама атмосфера некой элитарности делает студентов будущими лидерами?

— Не соглашусь, что все мировые лидеры или большинство мировых лидеров заканчивали топовые университеты, хотя, несомненно, многие лидеры имеют отличное образование. Хочу вспомнить один случай, у меня как-то была беседа с одним очень известным человеком, он был исполнительным директором и председателем совета директоров компании BAT (British American Tobacco — ред.). Компания всемирно известная, в ней работали десятки тысяч человек. Я ему задал такой вопрос: «Представь себе, у вас два кандидата на одну вакансию. Буквально во всем их показатели совпадают, но разница в том, что один закончил престижный исследовательский университет, а другой — обычный, не очень известный университет. Какой у вас будет выбор?» Он мне сказал одну фразу, которая мне запомнилась: «Все зависит от работы. Если работа интеллектуальная, то я бы отдал предпочтение человеку, который закончил известный и престижный университет, потому что у них больше интеллектуальной нагрузки. Но если работа связана с маркетингом и общением с людьми, то я бы отдал предпочтение студенту, который закончил обычный вуз, потому что ему в большей степени приходится выживать, имея меньше ресурсов». Поэтому раз на раз не приходится.

Ведущие университеты обращают большое внимание на процесс отбора, и попасть в число студентов таких университетов нелегко. В ведущих университетах Америки большое значение придают не только знаниям абитуриентов, но и их лидерским способностям. Однажды я задал вопрос сотруднику одного такого университета, занимающегося отбором студентов: «Представьте себе, что у вас двое одинаковых во всех отношениях абитуриента. Каким образом вы выбираете, что играет роль?» Он подумал и сказал: «У нас был один случай: у двух кандидатов были одинаковые оценки, одинаковый уровень образованности, одинаковые показатели по тестам, но потом мы обнаружили, что один из них еще будучи в пятом классе школы возглавлял футбольную команду своего класса. И мы отдали предпочтение этому парню, потому что он показал, что может быть лидером». Но сейчас наметились и новые тенденции в процессе отбора: как и в ведущих технологических компаниях мира, во многих топовых университетах стали использовать нестандартные тесты, задачи на выявление креативных способностей кандидатов.

— Опять критическое мышление.

— Да, это и критическое, но и креативное мышление, способность мыслить нестандартно. Вопросы со стороны могут показаться сумасшедшими, но они направлены на выявление способности человека мыслить неординарно. Сейчас, в условиях нарастания конкурентной борьбы во всех сферах жизни, победить можно только через творческое мышление, креативность, инновационный подход. Теперь знания азбучных истин недостаточно.

Во многих ведущих университетах большое значение придают и собеседованию. Вспоминается один нашумевший случай, я тогда работал в Великобритании. Одна девушка из простой семьи по имени Лаура Спэнс окончила государственную школу с великолепными результатами, а потом пыталась поступить в Оксфордский университет изучать медицину. Но Оксфорд не принял ее. Потом она поступила в Гарвардский университет изучать биохимию. Гарвард даже дал ей полную стипендию. Тогда об этом много писали, министр финансов и будущий премьер-министр Великобритании Гордон Браун публично критиковал Оксфордский университет за элитаризм. И вот у меня как-то была возможность побеседовать с профессорами, которые беседовали с этой девушкой. И я тоже спросил: «Как же так, почему вы не приняли такую способную девушку?» Один профессор сказал: «Мы тогда правильно сделали, мы убеждены, что ее не надо было принимать. Дело в том, что хотя она вначале выбрала медицину и не прошла у нас, но потом поступила в Гарвард не на медицину. Это говорит о том, что она не полностью была предана медицине. Если бы она действительно хотела быть медиком, она выбрала бы другой медицинский вуз».

В Великобритании в отборе на медицинские специальности большое внимание придают преданности, любви человека к медицине. Чтобы стать врачом, говорят они, человек должен всецело посвятить себя медицине, это должно быть его призванием. Иначе невозможно быть хорошим врачом. И при отборе обращают внимание тому, интересовался ли человек медициной еще в школьные годы, помогал ли больным и нуждающимся. А во время собеседования, оказывается, профессора не почувствовали такую тягу Лауры Спенс к врачебному делу, и ее последующее поступление в Гарвард на биохимию, по словам профессора, подтверждало решение Оксфорда. Конечно же, это спорно, но ведущие университеты обычно имеют свои методы оценки и отбора. В той же Великобритании важное значение имеет фактор изучения математики в школе. Если абитуриент в старших классах школы выбирал математику, особенно в двойном объеме, то у него существенно повышаются шансы поступить в хорошие вузы по всем специальностям, включая даже филологию или историю. Потому что считается, что изучение математики развивает мышление человека.

— Вы сказали о важности спортивной активности. Кампусы в ведущих университетах мира — это мечта любого студента: роскошные библиотеки, спортивные комплексы. Что вас поразило больше всего?

— Учеба в университете — не просто сидеть в классе и общаться с преподавателем или читать книги. Студенческая жизнь гораздо шире и включает многое другое. Меня больше всего поражало большое количество студенческих союзов, кружков, различных общественных образований. Это может быть научный, литературный, танцевальный или спортивный кружок, общественно-политическое объединение или другое. Внеклассная активность дает многое студенту. Еще в былые времена в Великобритании путешествие рассматривали как важную часть образования. Хорошо, когда молодые люди видят мир, путешествуют, а не просто сидят в классе. В частности, программа «Эразмус» Европейского союза поощряет студентов стран-членов ЕС провести определенный отрезок своей университетской учебы в одном из вузов другой страны и даже покрывает расходы, связанные с этим. Сейчас многие ведущие университеты дают гранты своим студентам, если они во время зимних или летних каникул хотят куда-то поехать и заодно провести исследование. Это не только расширяет кругозор студентов, но и помогает им вовлекаться в научную деятельность.

Что касается спорта, то это очень важная область студенческой жизни. Мне в этом отношении импонирует американский опыт. Почти весь американский олимпийский спорт базируется на студенческом спорте. Американская команда обычно занимает ведущее место на Олимпийских играх, и это в основном заслуга студентов. Физкультура и спорт не входит в программу обучения американских студентов по другим специальностям, зато в университетах, как правило, создаются очень хорошие условия для занятий спортом. То есть имеются прекрасные стадионы, бассейны, спортивные залы. Когда есть такие условия, многие студенты сами вовлекаются в физкультуру и спорт, это становится образом, стилем жизни. Многие университеты дают и спортивные гранты для способных студентов, и это помогает строить привлекательный имидж самого вуза.

— Расскажите об университетских библиотеках, в которых побывали. Как вы думаете, с развитием электронных книг не пропадет ли нужда в классических библиотеках?

— Все университеты заинтересованы иметь хорошую библиотеку, это очень важно для преподавания и научной работы. Действительно, сейчас библиотеки все больше становятся электронными. В связи с тем, что многие научные журналы очень дорогие, многие университеты, в том числе ведущие западные университеты, все больше покупают электронные издания журналов. Это такая тенденция, и я не знаю, до какой степени это дойдет. Я лично не считаю, что бумажные книги исчезнут, и очень надеюсь на это. Но вместе с тем мы не можем не видеть тенденцию резкого роста объема электронных изданий. Это дает многие преимущества студентам и преподавателям. Например, обучаясь или преподавая в вузе, вы можете, сидя у себя дома или в студенческом общежитии, иметь онлайн-доступ к электронным журналам и книгам университетской библиотеки.

В обязанность библиотек многих ведущих университетов входит обеспечение студентов и преподавателей необходимой литературой. Так, если вам нужна какая-то книга, но ее нет в университетской библиотеке, то библиотека обязана вам ее найти через определенное время. Она может купить или достать эту книгу по межбиблиотечному обмену, но это ее задача обеспечить вас необходимой литературой. Некоторые ведущие университеты, кроме того, дают своим преподавателям и определенную сумму денег на приобретение книг.

— Онлайн-обучение уже заняло сильные позиции в мире образования: топовые университеты предлагают некоторые востребованные курсы и в онлайн-режиме. Онлайн-курсы дают возможность получения знаний и даже специализации, не отлучаясь от основной деятельности. Насколько онлайн-образование может заменить образование в стенах университетов и как сертификаты, полученные при окончании онлайн-курсов рассматриваются при устройстве на работу?

— Онлайн-образование занимает все более заметную роль в системе образования в целом. Сейчас даже появляются специализированные онлайн-университеты. Есть разные мнения относительно качества онлайн-образования, но в целом отношение к дипломам, полученным путем онлайн-обучения, улучшается. Более того, многие зарубежные университеты сейчас выдают дипломы одинакового образца своим и обычным, и онлайн-выпускникам. Все большее количество работодателей признает ценность онлайн-образования.

Важный момент в оценке качества онлайн-образования — аккредитация вуза. Аккредитация университета, в том числе онлайн-университета, — это весьма сложный процесс, и он длится многие годы. Если вуз не аккредитован соответствующими признанными организациями, то это должно вызывать вопросы относительно качества их онлайн-курсов. Но онлайн-курсы аккредитованных университетов, как правило, отвечают достаточно высоким образовательным требованиям.

Могут быть определенные аргументы как в пользу обычного, так и онлайн-образования. Преимуществом онлайн-образования является его гибкость, возможность «посещать» курсы, даже находясь у себя дома, а также выбирать разнообразные предметы. Кроме того, онлайн-образование дает возможность студентам и преподавателям часто общаться, находиться в постоянном и тесном контакте, а не только во время нахождения в классе, как это бывает в традиционном образовании. При этом могут быть использованы очень разные методы обучения, такие как видеоконференции, решение задач, анализ кейсов, дискуссии по образцу общения в Фейсбуке и т. п. Словом, онлайн-образование — это новое, бурно развивающееся и весьма перспективное направление вузовского и профессионального образования, и все большее количество мировых университетов активно осваивают эту нишу.

— Давайте поговорим о языке преподавания. В развивающихся странах, особенно в бывших колониях или на постсоветском пространстве, языков обучения в вузах несколько. Это иногда вызывает некоторое недовольство, однако время требует двуязычности или даже многоязычности. Если в развитых странах могут позволить себе вести преподавание на родном языке и параллельно изучать иностранные (в ведущих университетах можно найти даже самые экзотические языки), то выпускники в развивающихся странах обязаны знать несколько языков, чтобы выдержать конкуренцию на рынке труда. На ваш взгляд, какие в этом преимущества и недостатки?

— Это очень непростой вопрос, даже где-то болезненный для многих стран. Начну с того, что сейчас очень важно знание английского языка. С одной стороны, на это тратится много времени, но с другой — знание дополнительных языков дает много человеку. В частности, как показывают современные исследования, знание двух и более языков развивает гибкость мышления, способность решать проблемы. Поэтому трата времени на изучение языков — это полезное дело. Но сложности появляются в политике определения языка образования и публикаций. С одной стороны, в науке и образовании происходит явное усиление английского языка. Если ты хочешь публиковаться в ведущих журналах мира, если ты хочешь, чтобы на тебя ссылались, тебя цитировали, ты рос как ученый и получил признание, то, прежде всего, ты бываешь заинтересованным публиковаться в признанных англоязычных журналах. Это кому-то может не понравиться или понравиться, но это реальность нашей жизни. Многие ведущие журналы во многих сферах знания, прежде всего, — это англоязычные журналы, и большое количество их издается в США. Все большее число ученых даже из таких крупных и сильных стран, как Германия и Япония старается публиковать свои статьи именно в англоязычных журналах. И образование на уровне магистратуры и докторантуры в некоторых странах, например, Голландии и Сингапуре, перешло на английский язык. Это тренд. Но это и вызов, особенно для ученых из развивающихся стран. С одной стороны, чтобы быть прочитанными, они стремятся публиковаться в солидных англоязычных журналах, но с другой, в таких странах следует думать и о развитии науки и научных терминологий на национальном языке, создавать и развивать собственные научные журналы. Надо думать, как решать такие вопросы.

— Академическая индустрия — это тоже своего рода бизнес. Доля центральноазиатских ученых до сих пор ничтожна. Вы один из немногих авторов и ученых, который публикуется в авторитетных международных академических журналах и даже являетесь членом редколлегии некоторых из них. С какими сложностями вы лично сталкиваетесь при публикации?

— Я бы хотел начать с одного примера. Недавно я был на конференции в Италии и там имел возможность встретиться с одним очень крупным и всемирно признанным ученым, создателем целого направления в политологии, теории международных отношений. Совершенно неожиданно для себя я узнал, что он не только раньше получал отказы от известных академических журналов, но и сейчас его статьи порой получают отказы. Дело в том, что публикации статей в ведущих международных рецензируемых академических журналах — это весьма сложное дело. В социальных науках на одну публикацию в таких журналах часто уходит года два, а то и больше. Тут такой механизм: обычно ты отправляешь статью через интернет, есть специальная система по приему статей, а потом журнал, после предварительного знакомства и проверки на плагиат, отправляет статью двум или трем анонимным рецензентам. Рецензенты не знают, кто автор, и автор не знает, кто рецензенты. Это нужно для объективности. Далее рецензенты пишут свое мнение по поводу статьи, обычно это критические рецензии. На это уходят недели или месяцы. Можно сказать, что почти 100% статей в ведущих академических журналах в социальных науках — это публикации, которые хотя бы один раз возвращались на доработку авторам. Авторы должны подробно ответить рецензентам, а потом рецензенты могу делать еще какие-то замечания. Этот процесс может занять довольно много времени, тоже месяцы. Ведущие академические журналы, журналы с высоким импакт-фактором, то есть фактором цитируемости, не публикуют до 90 и более процентов поступивших статей. При этом надо иметь в виду, что отправляемые статьи должны быть хорошо отредактированы, в них должен быть научный аппарат. Редакции, как это порой бывает у нас, не возятся с авторами, помогая им редактировать текст. Но окончательный текст должен быть утвержден автором.

Сейчас многие справедливо критикуют существующую систему научных публикаций, особенно по социальным наукам, за ее неуклюжесть, за то, что публиковаться в хороших журналах стало очень трудно, и процесс публикации занимает слишком много времени. Более того, чтение статей тоже стало дорогим удовольствием, если у вас нет доступа к журналам через библиотеку своего университета. Для того, чтобы скачать одну статью с сайта какого-нибудь известного журнала по социальным наукам, сейчас надо платить в среднем 50−60 долларов. Есть, правда, статьи в открытом доступе. Но для того, чтобы публиковать такие статьи, многим академическим журналам следует платить немалые деньги — в среднем это 3000 долларов, иногда 4000−5000 долларов. Требования к обычным статьям и статьям для открытого доступа одинаковы, все они должны пройти тщательное анонимное рецензирование и отвечать стандартам журнала. Но поскольку журналы не продают статьи открытого доступа, они, чтобы поддержать себя, требуют за их публикацию определенные деньги. Многие ведущие университеты берут на себя расходы, связанные с публикацией своих сотрудников в режиме открытого доступа, ибо это дает людям возможность читать эти статьи бесплатно, то есть это своего рода популяризация достижений своего ученого и реклама самого университета. Как правило, статьи открытого доступа и больше цитируются, потому что их читает более широкий круг ученых и студентов. Некоторые ученые сейчас выступают за то, чтобы все академические журналы стали открытыми, но тут возникает вопрос о финансовых возможностях издателей.

Во многих ведущих университетах есть неписаное правило: оценивать статью, опубликованную в более престижном журнале гораздо выше, чем даже ряд статей, опубликованных в менее престижных журналах. Опять же, к этому можно относиться по-разному, но факт, что место публикации имеет большое значение. Приведу пример: Даниель Канеман, психолог, Нобелевский лауреат по экономике 2002 года, отмечал, что в получении этой премии сыграло роль то, что его с Амосом Тверски статья была опубликована в известном научном журнале «Эконометрика». Наука сейчас стала глобальным явлением, и без доступа ко многим, особенно известным журналам, без знания трудов других ученых трудно писать статьи высокого уровня и публиковаться в признанных международных академических журналах.

— Вы были одним из тех преподавателей, кто активно боролся против плагиата. Когда я сама стала преподавать в университете, то стала болезненно относиться к этой теме. Что можно считать за плагиат и как с ним бороться?

— Это очень важный, но опять же непростой, болезненный вопрос, не только у нас, но и во всем мире. Что такое плагиат? Это использование чужой работы, чужих идей и публикаций без ссылки на них. Это, по существу, интеллектуальное воровство. Плагиат среди студентов — это глобальное явление, сейчас можно очень легко списать, вернее скачать чужие работы с интернета. Что делать, как быть? Многие университеты во всем мире серьезно относятся к этому явлению и всячески стараются бороться с ним. Используются, конечно, и программы, выявляющие плагиат. Но не только. Если ты сдаешь письменную работу, например, эссе или диссертацию, ты письменно подтверждаешь, что работа написана тобой и в ней нет плагиата. Кроме того, проводится разъяснительная работа, направленная на поддержание добросовестности в написании работ. Это целое направление в образовательной политике. В университетах создаются и специальные комиссии, которые призваны бороться против плагиата. Мне очень понравился опыт Джорджтаунского университета. Там, как и во многих других университетах, есть специальная комиссия, которая занимается вопросами плагиата. Если в работе студента обнаружен плагиат, то преподаватель обязан доложить об этом соответствующей комиссии, и комиссия должна рассмотреть этот случай. В определенных случаях студента могут отчислить за плагиат, но если это незначительный плагиат, то его могут отправить на специальный курс, где студент учится основам и стандартам честной и добросовестной научной работы. В любом случае, студенты должны понимать, что плагиат — это плохо.

— Вы начали говорить о диссертациях. Как дело обстоит с защитой ученых степеней? Какие тенденции наблюдаются в мире?

— В разных странах есть свои особенности. Я бы хотел несколько слов сказать о США и Великобритании. Как известно, в этих странах сам университет присуждает ученую степень, у них нет государственной аттестационной комиссии. Чтобы защитить докторскую диссертацию, даже в ведущих университетах этих стран, как правило, не требуется публикация даже одной статьи. Бывает, что некоторые докторанты публикуют одну или две статьи, но это лишь отдельные случаи. Вместе с тем уровень диссертаций в хороших университетах весьма высокий. Каким образом это удается? Думаю, это зависит от всей системы подготовки научных кадров. Докторантура — это не только подготовка и защита диссертации, но и определенные курсы, глубокая специализация в той или иной области, овладение методами научных исследований. Серьезное внимание уделяют выработке умения аргументировать, писать. Даже утверждение темы докторской работы требует очень серьезной и длительной работы. Я сам видел в одном из ведущих вузов Канады — в Университете Макгилла, что докторанты в области политологии должны написать обоснование своего исследования и темы работы на 70 страницах, и на это, как правило, уходит два с половиной года. И все это приводит к повышению качества диссертационных работ. При этом бюрократическая сторона защиты диссертации минимизирована. Я присутствовал на защите многих диссертаций, и порой поражался, что из трех членов диссертационного совета один или двое находятся в другом городе и задают вопросы диссертанту по Скайпу. Словом, высокие требования к самой диссертационной работе, но минимум бюрократии и отсутствие обязательства иметь публикации до защиты. Ведь, как мы уже обсуждали, публикация в хороших научных журналах — это очень долгий процесс, порой он длится годами. Да и как можно публиковать материалы еще незавершенной работы? Кстати, в Германии, например, лишь после защиты докторской диссертации (на получение степени PhD) ученый публикует свою диссертацию в виде книги и после этого получает свой диплом. До этого он может не иметь ни единой публикации.

Порой мы видим, что в некоторых странах из-за существующих требований опубликовать определенное количество статей еще до защиты диссертанты платят деньги сомнительным изданиям, чтобы набрать требуемое число публикаций. В таких случаях мало кого интересует качество публикации, ибо важно количество. Но такой подход вряд ли обогатит науку.

— Вы — мой наставник, и я сама очень часто обращаюсь к вам за советами. Слова напутствия для студентов и молодых специалистов: что нужно сделать, чтобы в современном мире стать успешным востребованным специалистом?

— Спасибо, Нозима, вы тоже были лучшей студенткой. Мне очень приятно, что есть у нас такие замечательные студенты. Конечно, существуют многие важные области, где человек может найти себя и принести пользу обществу. Но, по большому счету, будущее нации, страны зависит от интеллектуального потенциала людей, особенно молодежи. А образование и наука — это важные инструменты обеспечения развития такого потенциала. Я хочу сказать молодым людям: занимайтесь наукой, повышайте уровень своего образования, и это откроет перед вами замечательные возможности. Возможности общаться со многими интересными людьми, путешествовать, получать гранты, ежедневно что-то узнавать, познавать мир, делать открытия и тем самым жить интересной и полезной жизнью. Выбрав сферу образования и науки в качестве профессии, вы можете внести достойный вклад в развитие нашей родной страны, повышение ее потенциала.

«Газета.uz» в рамках рубрики «Интервью» привлекает к диалогу на актуальные темы экспертов и государственных деятелей Узбекистана.

«Газета.uz» благодарит гостиницу Hyatt Regency Tashkent за помощь в проведении интервью.

Комментарии

  • Tov Med 19 марта 2017 17:03

    Спасибо!!! Очень полезно.

  • Rahman Kobek 19 марта 2017 19:22

    Действительно, очень полезно. Много бы таких статьей (интервью). Спасибо.

  • Патриот Родины 19 марта 2017 19:25

    Не хочу быть пессимистом, но должен признать, что по университетскому обучению, мы никогда не догоним США. Никогда. Даже близко не подойдем. Хотя МГУ входит в число двадцати лучших. Россияне каким-то чудом вошли в это русло. Но у них тоже только один ВУЗ. А нас убивает ДТМ, таниш-билиш, коррупция в ВУЗах, и почти липовое обучение. Кажется, что эти недуги невозможно искоренить.

  • SilvarumRex 19 марта 2017 21:07

    Интервью действительно интересное и содержательное. Однако с реальностью, происходящей в нашей системе образования оно не имеет ничего общего. Курсы повышения квалификации для преподавателей превращены в двухмесячную фикцию, заполненную совершенно непонятными курсами и информацией; 0,5 балла, которые ты не набрал за тест из 4 вариантов ответа ("назовите сочетание клавиш, которым можно сохранить документ в Microsoft Word) могут стоить любому преподавателю (может быть не столь знаменитому, как господин Файзуллаев) работы. Стоит упомянуть еще и об очередном возвращении из мертвых двуступенчатой системы послевузовского образования. Ложишься спать кандидатом в доктора, просыпаешься кандидатом в кандидаты.. Качество публикаций по гуманитарным предметам заставляет вообще усомниться в том, что это называется научными статьями.

  • Husan Haydarov 19 марта 2017 21:36

    Легендарный челавек! Уважаю!

  • Abdurashid Abdukarimov 20 марта 2017 04:25

    Солидарен с SilvarumRex. Интервью хорошее. Но в наших ВУЗах положение такое же к детских садах Денау и школах Ферганы.

  • Miraziz Mirzaraximov 20 марта 2017 17:53

    В Узбекистане надо сначала менять систему ценностей. Выбрать курс всеобщей честности, уважения, добросовестности, прозрачности. Упрощать, облегчать, унифицировать Законы жизни ( права человека ), и этим уменьшит объем законов в десятки раз. Большой объем законов ( аппарат ) — тормоз развития любого общества. Разработать систему приоритетов во всех областях развития и туда направлять КАПИТАЛ. Будущее нации и страны я вижу в этом.

  • Yahyo Ziyaev 20 марта 2017 23:02

    Очень качественный интервью. Просто снимаю шляпу. Интересно члены ВАК м представители МинВиССО читают это? Даже если, могут ли они что то изменить? Ох уж эта болезненная тема статей. Как им объяснить что одна статья это результат целой командной научной работы(((. В прочем мы стали об этом говорить и это уже что-то.

  • Сапарбай Ерназаров 20 марта 2017 23:06

    я бы не сказал что у них образование лучше. многие учёные у них мигранты. они нас обойдут разве что в маркетинге. у них вся образование сводится тому как побольше заработать денег.

  • Александр Коробейников 21 марта 2017 09:00

    “Я бы не сказал что у них образование лучше.“

    О да.. Из того же MIT вышел 81 лауреат Нобелевской премии.
    Не иначе, как на маркетинге сделали себе имя..

  • Beka Geo 21 марта 2017 12:23

    Из того же MIT вышел 81 лауреат Нобелевской премии. >>> это не совсем верное утверждение.

    просто все эти люди (87 на сегодня) в своей карьере каким-то образом пересекались как MIT. Выпускников MIT в списке раза в 2 меньше.

  • Шаазим Миноваров 21 марта 2017 14:54

    Хороший интервью. Всегда уважал Алишер Амануллаевича и согласен с его соображениями и выводами. Его высказывания, содержание комментариев вписываются в рамки целей Президента страны, направленные на коренные изменения основ образовательной системы Узбекистана. Коренные реформы нужны как в учреждениях дошкольного образования, так и в вузах. Прежде всего согласен с тем, что необходимо искоренить коррупцию, для чего, в первую очередь, обеспечить преподавательский состав достойной зарплатой, в т.ч. путём выплаты пенсий в полном объеме работающим пенсионерам-педагогам. Следующим шагом могло стать введение персональной ответственности экзаменаторов за выставленные оценки. На первой же сессии необходимо решительно отказаться от студентов, которые не желают учиться. Хочу отметить целесообразность последовательной и решительной реализации указаний Руководителя страны о приобщении молодежи и детей к лучшим образцам национальной и мировой литературы, что несомненно окажет содействие в подготовке кадров высокой квалификации во всех областях.

  • Dara Sekandarova 21 марта 2017 20:58

    Miraziz Mirzarahimov, на 1000000000% согласна с Вами!!! Респект!!!

  • David Khan 22 марта 2017 10:29

    >> На первой же сессии необходимо решительно отказаться от студентов, которые не желают учиться
    не имеет смысла, особенно если предмет не профильный.

    ведь если студент сможет написать выпускную аттестационную работу имея 10-12 неудов или под 30-50 нб, то значит систему контроля нужно менять.

    и нужно просто осознать, что:
    1) студенты это уже не дети и могут делать самостоятельный выбор, не нужно за них принимать решения.
    2) студенты не виноваты в том, что лектора периодически несут откровенную чушь на лекциях и этим снижают рейтинг доверия
    3) некоторые студенты сами могут прочесть лекцию по профильному предмету и им откровенно скучно сидеть на лекциях, если лектор слабоват..
    4) система образования ВУЗов должна подстраиваться под конкретного студента, иными словами нужно вводить ответственность ВУЗа в объеме оплаченного контракта..

    если контракт стоит 1000$/год, то ВУЗ обязан предоставить отчетность до последнего тийина.
    а также заранее обеспечить всеми материалами и пособиями, которые входят в стоимость обучения.

    >> путём выплаты пенсий в полном объеме работающим пенсионерам-педагогам.
    пенсионеры в ВУЗах это только головная боль для студентов и это может выйти боком.

    в интервью уже есть ответ:
    >>Ведущие университеты мира сейчас объявляют вакансию на профессорские должности, как правило, по интернету. В среднем на одно место около 1000 человек подает со всего мира.

  • Акмаль Салихов 22 марта 2017 11:47

    Где слова о проблемах образования в нашей стране? Вот о чем надо говорить. Разочарование..

  • Charos Asil 23 марта 2017 21:20

    Спасибо большое Алишеру Амануллаевичу за информативное и просветительское интервью, а Нозиме — за поднятие столь актуалных в наше время вопросов, я многое для себя узнала! После ознакомления с комментариями выше, я хотела бы сказать, что да, в интервью обсуждались отнюдь НЕ проблемы образования в нашей стране (о которых нам уже известно практически ВСЁ до мелочей) как заметили некоторые читатели, а международный, проверенный на практике опыт, как ориентир, в направлении которого нам следовало бы двигаться хотя бы маленькими шажками, стараться, по возможности, применять этот опыт в нашей стране.
    Да, с системой образования в нашей стране — беда, и конечно, препятсвий для применения зарубежного опыта очень много, таких как коррупция, отсутствие у большинства преподавателей мотивации качественно преподавать и отсутствие мотивации учиться и развивать свой интеллектуальный потенциал у большинства молодежи.. Но не всё ещё потеряно! Я бы сказала, будущее нашей страны зависит от ПРЕДОСТАВЛЕНИЯ молодежи возможностей раскрытия и развития своего интеллектуального потенциала, а также от создания для благоприятных условий преподавателям, чтобы они МОГЛИ И ХОТЕЛИ качественно преподавать и профессионально развиваться.

  • Charos Asil 23 марта 2017 22:35

    По поводу финансирования исследовательских (и не только) институтов, я хотела бы от себя добавить, что в США и Канаде исследовательским институтам, наряду со многими другими некоммерческими организациями, периодически оказывают весьма солидную финансовую поддержку компании/предприятия, занимающиеся коммерческой деятельностью, а за это, государство им сокращает размер налога с прибыли. Это, кстати, распространяется и на физических лиц, оказывающих финансовую поддержку благотворительным организациям. В результате — все довольны и даже щастливы: госбюджетные/ некоммерческие/ благотворительные организации и учреждения оказывают качественные услуги населению и обеспечивают свой персонал благоприятными условиями для профессионального развития, а исследовательские институты с удовольствием ведут и развивают свою исследовательскую деятельность. Ну а коммерческие компании, заинтересованны в оказании этим организациям постоянной финансовой поддержки по вышеуказанной причине, а также с целью получения общественного и государственного призвания.
    Мне бы очень хотелось чтобы и в нашей стране когда-нибудь начал применяться этот опыт добровольного и взаимовыгодного сотрудничества между государством и частным сектором.

  • Charos Asil 23 марта 2017 22:55

    Я прошу меня простить за грамматические ошибки в моих комментариях выше. Дело в том что у меня нету кириллицы, а при пользовании Транслитом я упустила некоторые моменты..:(


Добавить комментарий

Авторизуйтесь через один из сервисов, где вы уже зарегистрированы (OpenID или OAuth):

Выйти

Спасибо, ваш комментарий был успешно отправлен редакции сайта на проверку.
К публикации допускаются только интересные и информативные комментарии.

Реклама



Последние новости

Популярное