Экстремальная тренировка
Каждую зиму путешественник Шароф Эгамбердиев и его команда готовятся к предстоящим летом восхождениям на четырёх-пятитысячники в разных уголках мира. Несмотря на нулевую видимость, метель и жгучий мороз, отряд взошёл на 3100-метровый пик в Ташкентской области.

ФОТО: ШАРОФ ЭГАМБЕРДИЕВ / «ГАЗЕТА.UZ»

Как путешественники готовятся к восхождению на вершины
Шароф Эгамбердиев
Путешественник, доктор биологических наук
За свою карьеру путешественника Шароф Эгамбердиев восходил на Эльбрус, несколько раз посещал базовый лагерь Эвереста, преодолевал гималайские перевалы, взошел более чем на 40 вершин на территории Узбекистана и Таджикистана и основал сообщество «Таинственный Узбекистан», в рамках которого проложил путь ко множеству ранее неизведанных мест.

В продолжении своей колонки специально для «Газеты.uz» Шароф Эгамбердиев рассказывает о зимнем восхождении на пик Шахтёр в Ташкентской области, где команду ждали суровые погодные условия.
В конце осеннего сезона в наших горах ощущается напряжение природы. Она утомлена жарким летним солнцем, перевыпасом скота, пылью и человеком. Но зима – удивительное время спокойствия и безмятежности, когда под снежным покровом природа может отдохнуть. Как и большинство любителей походов.

Но для нашей группы это период активных тренировок и закалки перед летним сезоном путешествий в высокие горы. Летом погода на пяти-шеститысячниках сравнима с зимой на трёхтысячниках в Узбекистане.

В отличии от соседнего Казахстана и многих других стран, у нас фактически нет горной инфраструктуры, нет ни одного подъезда на высоту 3000 м. Любое восхождение на подобную высоту – изнурительный и долгий процесс, сопряжённый с риском схода лавин.

Тем не менее, зима – отличная возможность повысить функциональную выносливость и адаптироваться к низким температурам. С середины ноября наша группа покоряла разные трехтысячники каждые полторы недели. Первое восхождение мы совершили на пик Шахтёр (3100 м) Чаткальского хребта.
В ноябре в Узбекистан пришел холодный сибирский циклон. Температура сильно понизилась, осадки были обильными. Прогноз показывал только одно окно на 13 и 14 ноября, после которого на недели вперёд в горах должна была установиться плохая погода. Медлить было нельзя.

В ночь на 13 ноября мы выехали на восхождение. Накануне был сильный снегопад, поэтому доехать до запланированного места старта не получилось. Машина увязла в снегах несмотря на цепи. Как мы ни пытались её протолкнуть, ничего не выходило. Оставив машину на обочине, мы начали поход за 2 км до запланированной точки.
Стояла холодная ночь. Под ногами скрипел снег. На чистом небе словно рассыпали звёзды. Они пророчили нам ясный день.

Как бы ни было холодно, утром нельзя сильно утепляться. Температура воздуха будет повышаться с каждым часом. Тепло, выделяемое телом при движении с тяжелым грузом, неизбежно приведёт к обильному потоотделению. Одежда промокнет. Если человек сильно вспотеет, сложно будет полностью высохнуть, даже несмотря на влагоотводящие материалы одежды. Тело начнёт замерзать во время остановки.

Было зябко, но мы продолжали медленно идти вперёд. Арчовое редколесье, присыпанное свежим снегом, красиво блестело под светом звёзд. До восхода этот отрезок пути был самым живописным.
Рассвет застал нас на высоте 2000 м. К этому времени облака словно океан накрыли Ахангаранскую долину. Подобно волнам они накатывали и откатывали от склонов Кураминского хребта. Это бурлящее движение оказалось идеальным для замедленной съёмки.

В тот день нам нужно было взойти на гору Сапаралды и подняться немного выше на гребень. Там мы планировали разбить наш штурмовой лагерь. Летом сюда можно подняться по набитой тропе слева от склона. Но зимой горы преображаются, особенно такие высокие, как трехтысячники.

Высота снега возрастала с каждым шагом. Летнюю тропу в таких условиях найти невозможно. Нам приходилось буквально прорезать снег по самому краю хребта.
По мере подъёма арчовое редколесье сменялось скальными выходами. А у нашей команды каждые полкилометра сменялся «тропящий».

В зимних походах тропление, или формирование следов в снегу, – самая большая нагрузка. Независимо от веса рюкзака и толщины снега, впередиидущий утаптывает снег, прокладывая траншею для остальных. Когда толщина снежного покрова превышает один метр, ему приходится проваливаться в снег по пояс, продавливая его телом.

Когда он устанет, на его место встанет следующий за ним. Сам тропящий уходит в конец строя. Так образуется рабочий механизм, который позволяет медленно, но верно пробиваться через толщи снега к вершине.
Скальный выход
выход на поверхность земли коренных горных пород.
Спустя шесть часов утомительного тропления, мы вышли на вершину Сапаралды – 2786 м. На север уходил гребень, заканчивающийся острой скальной пилой пика Шахтёр. Его неприступная крутизна казалась устрашающей. Из-за кристальной чистоты воздуха на юге вырисовывались бледные вершины, расположенные на территории Таджикистана. Иногда сквозь облака прорезалась далёкая синева Ахангаранского водохранилища.

Долгожданный привал. Мы почти не разговаривали. Но глаза каждого из нас горели жаждой этого восхождения. Наскоро перекусив, мы продолжили наш путь. Нам нужно было пройти до гребня и выбрать наиболее удобное место для лагеря.
Подходящую площадку мы нашли в полукилометре от обеденного привала. Лагерь разбили на подветренной стороне склона – там, где максимально был сдут снег.

Подходил к концу очередной насыщенный день. Сегодня мы испытали всю палитру эмоций – от эйфории от зимнего пейзажа до бесконечно унылого тропления. Казалось, вторая половина дня ничем не сможет удивить нас. Однако всё самое захватывающее было впереди.
Короткий световой день ярко чувствуется зимой. Солнце восходит ближе к 8 утра и уже к 4 часам дня готовится уйти за горизонт. Лучи солнца не греют, но могут зажечь небо.
Зимние закаты высоко в горах восхитительны. Такие можно наблюдать только из окна самолёта. Солнце огромным огненным шаром уходит за видимый горизонт. Его последние лучи зажигают в морозном воздухе невидимые ледяные частицы, которые отражают небесный свет. Чем ниже опускается солнце, тем ярче разгорается это пламя. Несколько минут спустя это зарево поглощает облака, насыщая их мягким теплым светом.
реклама
реклама
Внизу в городах вряд ли кто-то увидит и прочувствует это волшебство. Может быть, случайный прохожий, взглянув на небо, скажет: «Красивый сегодня был закат». Тогда как высоко в горах безумная феерия природы обнажает свою мощь с каждым уходящим лучом солнца.

Эта игра красок продлилась ещё с час. Нам не хотелось ни есть, ни пить. Все мысли были сосредоточены на природе. Но после заката погода начала ухудшаться. Подул сильный ветер, температура упала до -15 градусов.
Зачарованные закатом, мы не уделили достаточно внимания укреплению палатки. Потому ночь была бессонной. Сильный ветер замёл под палатку много снега и ужал двухместную палатку до размеров полуторной. Буквально через два часа после начала непогоды находится двоим в палатке стало невыносимо.

Ильхом каким-то образом умудрился уснуть. А я всю оставшуюся ночь пытался не скатиться на него, так как ветер намёл снег именно под мою сторону палатки. Выйти наружу и поправить конструкцию возможности не было – ветер стих лишь к утру.

После ужасной ночи, наконец, прозвенел будильник. Время 4 утра – нам пора на штурм.
Мы всегда шутим, что в зимних походах ночной выход из палатки сравним с выходом в открытый космос. Черная ледяная мгла окутывает, проникает в палатку стоит только расстегнуть молнию. Неотъемлемая часть наших зимних походов – замерзшие за ночь ботинки. Они становятся на размер меньше. Приходится обуваться, несмотря на боль, и ждать, когда обувь оттает.

Стоял жгучий утренний мороз. Шёл мелкий снег. Густые тучи заволокли всё небо, над долиной томился туман. Было очень темно. Ни свет звёзд, ни отблеск городских огней внизу не могли пробиться сквозь эту пелену. Даже свет фонаря не прорезал воздух дальше, чем на пять метров.
Нам нужно было пройти гребень и свернуть на траверс, а после выйти под скальный пояс. Ночью гребень оказался не таким ровным, каким казался при свете дня. Приходилось подниматься на скальные выходы и снова спускаться с них. Мы не могли пойти в обход, потому что ветер нанёс на местность надувы. Мы шли как в вакууме. Молочный туман лишил нас всяких ориентиров. Каждое движение было согласовано с GPS.

При троплении высокого снежного покрова встречаются участки со слежавшимся снегом или его меньшей толщиной. В таких случаях тропящий старается не потерять этот тонкий пласт и придерживается его, даже если тропа сходит с маршрута.
Траверс
направление, перпендикулярное направлению подъема или спуска на горе
Скальный пояс
скальная порода, частично опоясывающая гору
Надувы
пологие холмы из уплотнённого снега на ровной открытой местности
Мы шли относительно лёгким путём по скальным выходам, припорошенным снегом. Сбившись с основной линии маршрута, команда оказалась в кулуаре, где высок риск схода лавин. В темноте мы не сразу поняли, что попали в него.

Скальный выход закончился, а мы всё шли. Снега стало по пояс. Его тяжёлая и сдаливающая структура предупреждала о нестабильности склона. Небольшой сдвиг пласта, и нас просто перемололо бы в этом кулуаре. Поняв опасность ситуации, мы быстро выбрались на линию маршрута.

Спустя два часа начался подъём под очередной скальный пояс. Угол наклона становился круче. Под ногами чувствовалась нестабильная порода разрушающихся скал, сыпухи с очередными капканами. Мы очень ждали рассвета. Но вместо солнечных лучей пришли густой туман и метель.
Кулуар

ложбина в склоне горы (обычно среди скал и скальных сбросов), направленная вниз по линии тока воды
Сыпуха

нагромождение камней различных фракций, образованных разрушением скалы
Капкан
пустоты между камнями, скрытые слоем снега
реклама
реклама
Видимость сильно упала. Мы вплотную подошли к вертикальным скалам. Вверх уходил узкий кулуар – единственный способ выхода на пилу. Я полез первым, пробивая твёрдые снежные доски.Ветер разгонялся на вершине гребня и сметал позёмку. Ледышки больно врезались в открытые части тела.

Мы не успели убежать от сибирского циклона. Горы накрыла ледяная мгла. Дальнейший путь проходил по скалам. Со всех сторон крутые обрывы и отвесы. Шанса на ошибку у нас не было. Мороз и снегопад сильно усложняли задачу. У меня начали замерзать ресницы. Приходилось всё время моргать.

Пила
вершина скалы острой или треугольной формы
Снежные доски
плотный слой снега, образующийся на высоких сугробах вследствие низких температур и сильного ветра. Снежные доски могут выдержать вес взрослого человека, но подъём по ним без специального снаряжения чреват травмами
14 ноября, 8 утра. Мы аккуратно преодолели скальную пилу и по восточной части гребня взошли на вершину пика Шахтёр – на высоту 3100 метров.

Никто из нас не ожидал таких жесточайших метеоусловий и такого мороза. Дальше погода только ухудшалась. Следующие 6 часов мы сбрасывали высоту в условиях нулевой видимости – в метель и туман.
Первый зимний поход показал недостатки лагерного снаряжения. Мы пересмотрели рацион для зимних восхождений. Несомненно, это был отличный опыт и урок для каждого из нас. Он помог нам подготовиться ко многим вершинам этого зимнего сезона, к холодным ночам и трудностям.
Автор текста, фото и видео: Шароф Эгамбердиев
Все права на материалы принадлежат автору и изданию «Газеты.uz».
Запрещается любое использование фото-, графических и иных материалов, размещенных на сайте www.gazeta.uz, принадлежащих «Газета.uz» и иным третьим лицам.

Комментарии

  1. Mad Man

    11 января 2021, 18:15

    Ещё один шедевр от прекрасного рассказчика и путешественника! Всегда читаю ваши отчеты с удовольствием и до конца, ваши эмоции проходят через весь текст, как будто сам там побывал! Удачи Вам и вашему обществу в новом году, здоровья крепкого и конечно же новых побед! Ждём с нетерпением новых отчётов и фото нашего прекрасного Узбекистана!
    P.s. будет какой нибудь поход для начинающих, с огромным удовольствием принял бы участие!

  2. Макс Поздняев

    11 января 2021, 20:09

    Очень круто.Большой респект за все репортажи

  3. Виктор Чирков

    12 января 2021, 14:19

    Очень интересно описано, зачитываюсь вашими рассказами о восхождениях. Я очень люблю горы, т.к провел в них все свое детство, мой отец был пчеловодом, и мы часто ходили в походы по чаткальким горам, но все это было летом, а не зимой. Сейчас живу в центральной части России тут совсем нет гор, сплошные равнины, поэтому с теплотой вспоминаю горы Узбекистана

  4. Nadira Shah

    12 января 2021, 18:45

    Лучик позитива в тяжёлое для всех время. Спасибо., газета уз, и команда Шарофа.
    Дай Бог всем нашим сотечественникам здоровья и благополучия.

  5. Odil Alikhodjaev

    12 января 2021, 22:13

    Фотографии шикарные! Описание как у писателя триллеров, мороз по коже пробирает.. Доимо сизларни Аллох хар кандай балолардан асрашини сурайман!

  6. Труфа Ташкентский

    13 января 2021, 18:46

    Шор, ты огромный молодец!!! Успехов тебе и команде. Я когда вижу твои репортажи, как будто сам там в горах.

Отправить Выйти От:

Авторизация на Газета.uz

Авторизуйтесь на сайте, чтобы получить доступ к дополнительным возможностям.