Наша святая вера в повальную открытость общества и доступность к любой информации пытается взять еще одну высоту.

Директор Агентства по противодействию коррупции Акмал Бурханов анонсировал законопроект о декларации доходов госслужащих, который будет опубликован для всенародного обсуждения на днях. Обсудить, конечно же, есть что.

Власти ежегодно с начала 90-х нам рапортовали о борьбе с коррупцией. Наконец-то в январе 2017 года президент Шавкат Мирзиёев подписал закон «О противодействии коррупции», где впервые на системном уровне проведены главные ориентиры государственной антикоррупционной политики. Впервые мы осознали, что коррупция намного шире, чем взяточничество и казнокрадство. Это и ситуации конфликта интересов, и злоупотребление полномочиями, и банальный блат.

Однако, к сожалению, общество пока смутно представляет, какие методы борьбы с коррупцией есть у него. Если оставить за скобками редкие резонансные уголовные дела за взятки, теперь благодаря новому закону может появиться обязанность должностных лиц декларировать доходы и имущество. Не сразу, конечно, и пока не для всех.

Инициаторы внедрения системы декларирования полагают, что на ее полное внедрение должно уйти пять лет. Видимо, уповая на поэтапные эволюционные методы для новой открытости власти, минуя потрясения и встряски.

Столь выверенная щепетильность и осторожность, скорее всего, вызвана громадным оборонительным рвом, который за все эти годы сумела вырыть власть, отделившись от населения.

Пока что разговор чиновников с обществом, за редким исключением, напоминает фразу одного из героев советского блокбастера «Место встречи изменить нельзя»: «Нет у вас методов против Кости Сапрыкина!» Безусловно, когда у государства нет желания общаться с обществом, кости сапрыкины могут чувствовать себя вне опасности. Но сегодня такой расклад является малопродуктивным, и власти начинают менять подходы к общению.

Сама кампания по обнародованию доходов слуг государевых — конечно же, важный шаг в борьбе с коррупцией, но имеет все свойства превратиться из декларативной в декоративную. Раз в год мы сможем изучать списки скромных заработков чиновников того или иного региона. В соцсетях и СМИ будут появляться сюжеты об очередном госслужащем, который на дорогой иномарке любит по выходным ездить отдыхать в загородном особняке. Но нам убедительно докажут, что и машина, и дом уже давно принадлежат его дальним родственникам. Никто, кроме операторов офшорных счетов, не может сегодня увидеть существенные траты представителей госаппарата.

Лично для меня не самое главное, что напишут чиновники в своих декларациях о доходах и на каком обмане их подловят блогеры и журналисты. Никакое событие само по себе в соцсетях и интернете дольше трех дней не живет, если дальше оно не обретает осмысленный совместный ответ со стороны государства и общества.

Куда важнее способность к организованным действиям, к постоянному, планомерному и осмысленному давлению на систему коррупции. Деофшоризация, пожизненное отлучение уличенных в коррупции от новых постов на госслужбе, уплата штрафа без «отмазки» от уголовного срока — вот только небольшой перечень возможных законодательных кейсов на будущее.

Но самое важное — репутация чиновника. Когда коррупционер становится нерукопожатым среди нас, простых людей. Это ведь тоже инструмент общественного влияния на государственную жизнь. Там, где общество может на нее влиять. Где государство не за рвом сидит, а навело мосты для диалога с простыми людьми.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.